Русские католики. Протоиерей Александр Сипягин Печать E-mail
Просматривая списки духовенства Тираспольской епархии за последнее предреволюционное десятилетие, с некоторым изумлением обнаруживаешь в ряду немецких и польских имен священника с русской фамилией. Известно о существовании в те годы общин русских католиков в Петрограде и Москве. Однако это были общины восточного обряда, а их пастыри — восточные католические священники принадлежали к духовенству Могилевской архиепархии.
Русское католическое духовенство латинского обряда существовало за границей, а состав его можно было пересчитать по пальцам одной руки. Присутствие русского католического священника латинского обряда в дореволюционном штате Тираспольской епархии представляется фактом уникальным. Это исключительное событие, безусловно, заслуживает особого внимания и обращает нас к разговору об интереснейшей судьбе этого человека.
Александр Сипягин родился 17 августа 1875 г. в городе Тифлисе, в дворянской семье[1]. Отец будущего протоиерея был видным военным, имел звание генерала, служил в штабе и был Георгиевским кавалером. Мать Александра Сипягина по происхождению была полькой и в девичестве носила фамилию Гурская.
Военная служба на благо Отечества в роду Сипягиных была почетной. Александр Сипягин приходился племянником известному министру внутренних дел императорского правительства Дмитрию Сергеевичу Сипягину (1853-1902), убитому террористом Степаном Балмашевым в 1902 г.[2] Род Сипягиных восходит к XVI веку, внесен в родословные книги Костромской, Московской, Рязанской, Владимирской, Воронежской, Тамбовской и Тверской губерний[3]. Среди героев войны 1812г., имена которых выбиты на мраморных плитах, украшавших стены Храма Христа Спасителя в Москве, встречаем генерал-майора Сипягина, воевавшего под командованием главнокомандующего войсками графа Барклая де`Толли, отличившегося 18 марта 1814 г. при взятии Парижа и награжденного орденом Св. Георгия 3-й степени[4]. Среди героев Отечественной войны 1812 г. есть поручик Александр Андреевич Сипягин[5]. Известный современник А.С. Пушкина генерал Николай Мартемьянович Сипягин (1785-1828) был военным губернатором в Тифлисе[6].
В Тифлисе Александр получил классическое среднее образование и в совершенстве овладел древними и современными европейскими языками — французским и немецким. Вместе с тем, его в первую очередь интересовали естественные науки, и в 1891 г. он опубликовал исследование по растительному миру Кавказа. В 1894 году с целью дальнейшего углубления своих естественнонаучных познаний Александр Сипягин поступает в Харьковский университет, а через некоторое время мы видим его уже среди студентов Венского университета. Своей специальностью он выбирает геологию ледников. По возвращении в Россию в 1901 г. он принимает участие в экспедиции на Казбек и в том же году начинает преподавать в севастопольской гимназии. Его научный авторитет растет и вскоре он становится приват-доцентом Харьковского университета.
С 1901 по 1905 гг. А. Сипягин преподавал географию в Севастополе.
Однако честолюбивого молодого человека волнует не только научная карьера — в возрасте тридцати лет он входит в активную политическую жизнь. В 1906 г. от партии «кадетов» он избирается депутатом первой Государственной Думы[7]. В качестве парламентария он пробовал свои силы на поприще государственного строительства будущей России, работал в различных Комиссиях Государственной Думы.
Но вскоре наступает трагическая развязка: внезапная смерть жены перечеркивает все его прежние планы и обращает его жизненный путь в иное русло — на поприще церковного служения. Пережив жестокий душевный кризис, молодой ученый и политик становится католиком и принимает решение стать священником. О причинах его обращения к Католической Церкви мы можем лишь предполагать. Возможно, что свою роль сыграло религиозное влияние матери-польки, но также не исключено, что определенный импульс в его мировоззренческих переменах породили встречи с епископом бароном Эдуардом фон Роппом, также депутатом первой Думы, а до того, в 1902-1903 годах, бывшим архипастырем Тираспольской епархии. Епископ Эдуард фон Ропп, будущий митрополит Могилевский, был человеком ярко выраженного общественно-политического темперамента. В 1906 году, будучи Виленским епископом, он организовал Конституционную католическую партию, требовавшую пересмотра репрессивного российского законодательства, касавшегося положения Католической Церкви. Его активное участие в работе Думы, организация католической партии и сопротивление русификаторской политике властей в западных губерниях были достаточными “преступлениями” в глазах императорского правительства для того, чтобы отправить мятежного католического епископа в ссылку, из которой его вызволило только Временное правительство. Уже вернувшись в Петроград и став главой всех католиков в России, митрополит фон Ропп стал в 1917 году основоположником Христианско-демократической партии. Однако после большевистского переворота свободное развитие католической христианской демократии стало немыслимо, сам же митрополит фон Ропп в апреле 1919 года был арестован, а в ноябре выслан из советской России. Не исключено, что думские встречи с фон Роппом, человеком действенных убеждений и оппонентом социалистических воззрений, к которым тогда, очевидно, тяготел Александр Сипягин, могли сыграть свою роль в будущем драматическом переломе судьбы молодого ученого и политика.
Так или иначе, Александр Сипягин сначала отправляется в Инсбрук, где изучает богословие, а затем в Рим. В 1909 году он возвращается в Россию и принимает рукоположение в священный сан. Около девяти лет о. Александр Сипягин преподавал в римско-католической семинарии Саратова. В “Каталоге духовенства и церквей Тираспольской Римско-католической епархии на 1917 год” мы находим его имя среди преподавателей семинарии, однако согласно этому документу он занимал довольно скромный пост — преподавателя русского языка в 1-4 классах приготовительного училища при семинарии. В то же время существуют сведения, что ему также было доверено преподавание богословских дисциплин воспитанникам Тираспольской духовной семинарии. Надо сказать, что “саратовский” период в жизни о. А. Сипягина менее всего освещен, и мы надеемся, что современные исследования по истории Тираспольской епархии смогут восстановить этот пробел в его биографии. Можно с уверенностью утверждать одно — за годы своей педагогической деятельности в Саратовской семинарии он набрал весьма солидный педагогический опыт, который впоследствии ему чрезвычайно пригодился на жизненном пути.
Первая мировая война прерывает педагогическую деятельность о. А. Сипягина, он оставляет Саратов и поселяется на протяжении двух лет в Керчи. Там он становится свидетелем тревожных событий военного времени и революции. В самом начале Гражданской войны его отправляют  в Константинополь (Стамбул), где он устанавливает контакты с Международным Красным Крестом и занимается судьбой русских военнопленных. Вскоре он принимает решение остаться в Константинополе, ставшем к тому времени крупнейшим перевалочным пунктом на пути исхода беженцев из России. После эвакуации из Крыма войск генерала Врангеля[8] в турецкой столице, находившейся тогда под протекторатом войск союзников, скопилось к 1921 году около 150 000 русских беженцев.
В 1922 г. в качестве второго выпуска из серии книг «Вера и Церковь» появляется работа А. Сипягина под названием «У скалы Петровой». В этом произведении священник пишет о смысле истории, о происходящих событиях. Трезвым обличением происходящего звучат его слова: «Обреченные пожирают себе подобных, чтобы быть пожранными такими же людьми завтра»[9].
Не случайно в выходных данных издания опубликовавшего эту статью обозначено: «Царьград». Это русское историческое название города, основанного Великим Константином, города давшего миру модель развития церковно-государственных отношений. Города-символа, известного в мировой истории, как «Второй Рим» и места притяжения чаяний наших предков, наследников Ортодоксии, носителей идеи наследования Москвой идеи Рима-третьего. Теперь заветное место стало доступным тысячам россиян, только это уже не Константинополь, - это турецкий Стамбул. Давно разорены святыни и только в мечтах и церковных легендах живет утешительное, нежное, мечтательное отношение с Византии – образцу земного царства; изгнан православный греческий народ со своих исконных земель и на смену ему история выплеснула русских беженцев, новых носителей мессианского сеяния своей православной идеи. Об этом читаем в брошюре о. Александра Сипягина.
Место России и Русской Церкви во Вселенской истории определяют новые силы. «Вихрь революций снес и разметал по четырем ветрам ее царственную кровлю, а червь сомнения в своих искательствах источил насквозь вдоль и поперек ее столпы. – Но теперь она, по крайней мере, свободна в выборе плана для перестройки. Тройной замок формулы: «Православие, Самодержавие и Народность», - не составляет больше заколдованного кольца, элементы которого в отдельности очень почтенные, сплетались в довольно таки дисгармоничный венец на голове Невесты Христовой»[10].
В Стамбуле в серии «Вера и Церковь» о. Александр также издал два выпуска «Очерков миссий Вселенской Церкви»[11], - это своеобразный апологетический сборник.
Но не столько как проповедник выступает Сипягин во время своего пребывания в Константинополе. В это время он активно трудится над решением социальных проблем русской общины. Он один из основных организаторов помощи обездоленным. Наименее социально защищенной группой среди русских беженцев были дети. Не случайно баронесса Ольга Врангель[12] обратила на них свое внимание. Она создала интернат для сирот в районе Буюк Дере на деньги Британского благотворительного общества.
На чужбине перед массой русских беженцев вставали самые различные проблемы, и одной таких чрезвычайно острых проблем была дальнейшая судьба обездоленных русских детей, вынужденных вместе со своими родителями оставить свое отечество. На бедственное положение русских детей-беженцев обратили внимание два иезуита, ожидавшие тогда в Константинополе возможности отправиться с миссионерскими целями в Грузию — о. Луи Бэлль и о. Станислав Тышкевич. Осознав через некоторое время, что бурные политические события окончательно закрыли для них въезд в Грузию, они основали в 1921 г. “Комитет для образования русских детей”. Следующим шагом этого Комитета было создание пансиона «для мальчиков от 7 до 16 лет, нуждающихся по семейным условиям в получении среднего образования». Комитет намеревался не только открыть христианское благотворительное заведение, но и постараться по мере своих скромных сил послужить таким великим делам, как восстановление России, процветание Франции и объединение Церквей. Так было положено основание знаменитому интернату Святого Георгия, который начав свой путь с Константинополя, сопровождал русских беженцев на их дальнейшем пути в Европу. В 1923 г. Интернат был переведен в Бельгию, в город Намюр, где и оставался вплоть до начала Второй мировой войны. В 1940 году “Святой Георгий” был эвакуирован в Париж, а с 1946 года он, наконец, обосновался в парижском пригороде Медон.
В Константинополе отцы-иезуиты пригласили о. Александра Сипягина, прежде всего как русского католического священника с богатым педагогическим опытом, возглавить пансион для русских мальчиков. В 1921 г. был создан интернат для русских детей сирот, отец Александр стал его первым директором, на этом посту он трудился до 1923 г.[13] В повременной периодике читаем: «…одним из оплотов этого колледжа был отец протоиерей Александр Сипягин. Он был первым его директором… положил основание этого доброго и действительно святого дела»[14].
К этому периоду времени относятся воспоминания о. Глеба Верховского[15], прибывшего в Константинополь для работы с русскими беженцами по приглашению Конгрегации Восточных Церквей в 1922г. Помимо прочего о. Глеб упоминает в своих записях и работу о. Сипягина. Он пишет о том, что представлял собой русский пансион св. Георгия, это было «общежитие для мальчиков без различия исповеданий, учившихся в большом колледже св. Венедикта, принадлежавшем французам – лазаристам. В Качестве директора и руководителя этого пансионата состоял русский священник латинского обряда Александр Сипягин, воспитателем и помощником его полковник – Александр Николаевич Немерцалов – православный и вторым воспитателем, громко называвший себя «доктором» студент 3-го курса Московского Медицинского Факультета, Борис Корнилов»[16].
В 1923 г. интернат перевезли из Турции во Францию. Русских детей разместили в городе Намюр, где под руководством о. Александра, при помощи отцов иезуитов был основан интернат св. Георгия[17]. Отец Александр Сипягин продолжал самоотверженно руководить Интернатом Святого Георгия. В 1924 г., в ответ на пожелание папы Пия XI, для “плодотворного апостольства среди детей и их семей, и для блага всей России”, часовня в Интернате была переоборудована для служения в византийско-славянском обряде, и, соответственно, в восточном обряде стал служить и директор “Святого Георгия”.
В 1924 году о. А. Сипягин получил титул монсеньора. Его педагогический талант проносил весьма ценные плоды и немало способствовал тому, что оказавшиеся на чужбине русские мальчики сумели пережить чувство утраты и растерянности и были готовы искать новые пути в жизни. Если директор открывал в ком-либо из учеников особые способности, он заставлял таких мальчиков проходить специальные ускоренные курсы, чтобы затем перевести их прямо в следующий класс. Он хотел, чтобы в дальнейшем они оказались способны продолжить учебу в университете. Если молодые люди оказывались неспособны к университетскому образованию, но заслуживали похвальных отзывов и имели к этому расположение, для них всегда оставалась открытой возможность учиться в одном из технических или профессиональных институтов. Напротив, если кто-то из учеников не проявлял вообще никакого прилежания в учебе, он должен был вернуться к родителям.
“Одно из самых характерных черт его деятельности был его педагогический дар, — пишет об о. А. Сипягине знавший его лично о. Алексий Стричек. — Будучи полиглотом, он умел передать нюансы русского языка и русской истории интернациональной аудитории. Будучи актером, он умел вдохнуть жизнь в самые абстрактные предметы, и даже грамматика его стараниями стала увлекательной для учеников. Его большой опыт и его чувство юмора делали его подлинным вдохновителем жизни той общины, в которой он жил.
Но самой привлекательной чертой характера этого сердечного человека была его простота. Что касается его духовной жизни, то, быть может, она выражалась особым образом в то время, когда он с волнением и благоговением совершал литургию”.[18]
Однако вскоре в его административной и педагогической деятельности наступила полоса неудач, порожденных разногласиями с другими руководителями Интерната. Разные взгляды на особенности педагогического процесса, административные просчеты со стороны о. А. Сипягина все более обостряли взаимное непонимание. В марте 1929 года он был смещен с поста директора. Решение о своем отстранении Сипягин воспринял очень болезненно — как знак неодобрения его деятельности.
В 1929 г. отец Александр, по решению церковных властей, переводится в Рим в семинарию «Руссикум», он назначается членом комиссии по кодификации восточного церковного права и преподавателем Папского Восточного института, одновременно он трудится в монастыре Гроттаферрата, на издательском поприще. Сипягин активно включается в журналистскую деятельность и в полной мере проявляет другой свой талант — блестящего публициста и защитника католической веры в глазах своих православных соотечественников.
Помимо журналистской деятельности в 30-е годы о. А. Сипягин выступает с многочисленными лекциями о положении в России и по вопросу о воссоединении Церквей. По завершении своей деятельности в комиссии по восточному каноническому праву, он посвящает себя служению в василианском греко-католическом монастыре Гроттаферрата под Римом. В существовавшей в те годы при этом монастыре семинарии русский католический священник читает курсы лекций по самым различным дисциплинам —  по истории и географии, по математике и физике, по химии и иностранным языкам. В то же время он являлся преподавателем русского языка в Папском Восточном институте и Папской семинарии “Руссикум”.
Отец Александр много путешествует в это время, читает лекции, встречается с людьми, делится своим духовным опытом, воодушевляет и поддерживает соотечественников[19]. Многие события русской церковной жизни проходят при его участии. Одно из эмигрантских изданий называет его «Неутомимым отцом протоиереем Сипягиным», и далее он характеризуется «подвизающимся уже в продолжение многих лет на всех возможных поприщах во всех возможных отраслях русского католического движения...»[20].
В 1930 г. Сипягин переезжает в Польшу. Здесь проживал изгнанный коммунистами из России митрополит Эдуард фон Ропп[21], который основал в 1923г. Миссионерский институт в Люблине. Для преподавания в этом институте на профессорские должности были приглашены два русских католических священника о. Александр Сипягин и о. Александр Крыжановский, - узнаем из прессы тех лет[22]. Сипягин преподавал в Люблине восточную литургику[23].
Помимо непосредственных своих профессорских обязанностей, отец Александр всего себя посвящал Церкви, и только Церкви. Он был активным участником того, движения которое сейчас называется экуменизмом. К сожалению, в современной России из-за того, что назначенные Советской властью быть профессиональными экуменистами нечестные церковные функционеры извратили это понятие, само это слово стало в церковных кругах синонимом брани.
Русский священник Сипягин искренно хотел помочь людям другой культуры, носителям западноевропейских ценностей открыть для себя Восток, православие, Россию. Из того небольшого материала, который удалось обнаружить среди редких сообщений зарубежной эмигрантской католической периодической печати, можно восстановить некоторые моменты из жизни отца протоиерея Сипягина.
Осенью 1931 г. 14 русский католических иереев под руководством епископа Петра Бучиса[24] совершили ежегодное говение в бенедиктинском аббатстве Солем во Франции. Отец Александр был среди этого духовенства. Читаем его теплый отзыв об этих благодатных днях совместно проведенных русским епископом и священниками среди бенедиктинских монахов: «… действительный душевный мир в течение 5 дней и вкушали русские католические священники, совершая в Солеме свое говение 1931г., и за что они сердечно признательны и аббату, и посещавшим русское богослужение монахам, и всей вообще иноческой братии, оказавшей им столько гостеприимства»[25].
В 1932 г. во время, проходившей в Риме, в Папском Восточном институте выставки картин художника Л.М. Браиловского[26] прот. Сипягин прочитал цикл лекций на тему русского религиозного искусства[27]. Встречаем упоминание о том, что отец Александр удостоен звания монсиньора и является профессором Восточного института[28].
В 1933 г. отец Александр принимал участие в паломничестве католических журналистов[29]. В октябре этого же года фамилия протоиерея Сипягина упоминается среди участников, проходившего в Риме  совещания русского католического духовенства[30], всего 13 священников и епископы Николай Чарнецкий[31] и Болеслав Слосканс[32].
Из сообщений за 1935г. узнаем о том, что протоиерей Сипягин произносил проповедь на праздник Свв. Кирилла и Мефодия в Риме.[33] «По случаю 1050-летия со смерти св. Мефодия в Риме в церкви св. Климента, где погребен его брат св. Кирилл, была отслужена литургия по Восточному обряду. Это было «славянское торжество». Присутствовали «поляки, украинцы, русские, чехи, хорваты»… Проповедовал по-итальянски А. Сипягин, который изобразил «значение святых славянских апостолов для католической церкви и славянских народов»[34], - читаем в одном из источников.
В этом же году протоиерей Сипягин ездил на Сицилию, где читал лекции о России и ее страданиях, принимал участие в богослужениях с, проживавшими там греками[35].
Осенью 1936 г. он посетил г. Бари, где проводилась неделя молитв и публичных чтений о христианском Востоке[36]. Перед древней византийской иконой Одигитрии и в крипте, где покоятся мощи святителя Николая были совершены богослужения по восточному обряду, затем состоялись собрания с докладами и обсуждениями. Читаем в сообщении: «О культе св. Николая говорил русский католический прелат Сипягин»[37].
Из хроники за 1938 г. узнаем об участии отца Александра в «Неделе Восточных Церквей» во Флоренции, где он прочитал лекцию «Иконографические образы Богоматери в Византийской и Русской Церкви»[38].
В качестве церковного публициста о. А. Сипягин заявил о себе еще в России на страницах русского католического журнала “Вера и жизнь” (СПб, 1908-1912). В Константинополе в рамках просветительской деятельности русских католиков о. Александр опубликовал апологетическую работу “У скалы Петровой” (1922), а затем и два выпуска брошюр, посвященных католическим миссиям (1923). Даже православные оппоненты католической миссии среди русских эмигрантов признавали: “Очень отрадное … впечатление оставляет благородством своего тона недавно вышедшая брошюра св. А. Сипягина “У скалы Петровой”.[39] В конце 20-х и в 30-е годы он публикует множество статей на страницах различных русских католических журналов — “К соединению” (Вильно, 1932-1936), “Вера и Родина” (Лион, 1925-1926), “Благовест” (Париж, 1930-1934), “Китеж” (Варшава, 1927-1931).
В течение всей своей жизни отец протоиерей много писал на различные богословские, церковно-исторические и общественные темы. Сфера его интересов это Восточное церковное наследие[40], Россия и Вселенское христианство[41], немало своих статей Сипягин посвятил различным деятелям Церкви, имевшим отношение к теме церковного единства. Это кардиналы Синчеро[42] и Тиссеран[43], греческих епископ Исайя Пападопулос[44], епископ бенедиктинец из Франции Ж. Ван Калоен, который в Ницце помогал русским беженцам[45]. В 1935г. Сипягин перевел и опубликовал статью о Лу-Ценг-Цянг (Лу-Рсентг-Тсианг) бывшем Премьер Министре Китая[46], ставшем бенедиктинским монахом-священником[47]. Перу талантливого нашего соотечественника принадлежат работы о россиянах, нашедших себя в католичестве, это статьи о князе Гагарине[48], о Наталье Григорьевне Нарышкиной[49], о миссионерке в Африке графине М.Т. Ледоховской[50], о талантливом художнике Л.М. Браиловском[51].
В статье посвященной обер-прокурору Святейшего Синода Российской Церкви В.К. Саблеру[52], рассказывается о зарождении контактов между россиянами и итальянцами в сфере социальной церковной работы в дореволюционный период[53].
Однако о. А. Сипягин был не только талантливым публицистом, но также исследователем и систематизатором католических изданий на русском языке. Свидетельством тому является изданный им в 1935 году в Харбине “Каталог католической литературы на русском языке”[54]. Этот каталог является исключительно ценным и по сути уникальным справочным пособием в этой области и по сей день.
Книги, печатное слово, литературный труд занимали центральное место в жизни протоиерея Сипягина. Благодаря его инициативе и вниманию началось формирование библиотеки Руссикума. Сам он пожертвовал для этого до 200 книг[55].
Как ученый богослов протоиерей Сипягин был привлечен к работе по составлению Кодекса Восточного канонического права в качестве советника. Он представлял группу русских специалистов. Этой работой отец Александр занимался до самой своей кончины, наступившей в 1941г.[56]
Священника Сипягина отличало трогательное чувство братского единения со своими соотечественниками. Он не только духовно, но и реально стремился делиться той благодатью, тем богатством от общения со святынями и реликвиями, с которыми имел возможность соприкасаться. Из сообщения сделанного русским католическим приходом в Вене узнаем: «При посредстве отца протоиерея Сипягина нами получено из Рима благовонное «миро» чудесным образом истекающее из гроба святителя и чудотворца Мирликийского Николая в Бари. Драгоценная жидкость хранится в нашей церкви и, в меру необходимости, может выдаваться, в количестве нескольких капель, нашим прихожанам для блага душевного и телесного уврачевания»[57].
Следует так же отметить, что среди многочисленных друзей о. Александра было не мало замечательных личностей, в том числе епископ мученик Федор Ромжа[58]. С этим святителем, пострадавшем в СССР от коммунистов прот. Сипягин состоял в переписке[59].
Скончался отец протоиерей Александр Сипягин в Риме 16.01.1941г., его могила находилась на католическом кладбище Кампо-Верано в крипте Греческой Коллегии, рядом с могилами двух других известных русских католических священников — о.о. Александра Волконского и Александра Веригина. Однако в 1943 году во время бомбежки могила была разрушена, а его прах — уничтожен.
Таков был жизненный путь о. Александра Сипягина, начатый им когда-то в Саратове единственным в России русским католическим священником латинского обряда.
Библиография трудов прот. А. Сипягина, помещенная в качестве приложения к настоящей статье, не является исчерпывающей. Тема богословского, церковно-исторического и библиографического наследия оставленного отцом Александром, безусловно, нуждается в дополнительном, более серьезном изучении.

Материалы к биографии прот. А. Сипягина:
Отец Александр Сипягин. - // К Соединению. - Вильно, 1934, № 9-10. - с.18-19.
Протоиерей Александр Сипягин. - // К Соединению. - Вильно, 1934, № 11-12. - с.9-12

Фото прот. А. Сипягина, см.:
Да злучэньня: Беларуская рэлигийная часопись. - Альбэртын: Выдавецтва Таварыства Исусавага, 1933, №5.
К Соединению. - Вильно, 1934, №9-10. - с.17.
На общем фото «Русские католические священники и клир. Рим, 30-X-1930»: в первом ряду, второй слева, см.: Вклейка между стр. 816-817. В кн.: Василий, диакон ЧСВ. Леонид Федоров. – Рим, 1966.

Библиография публикаций протоиерея Александра Сипягина:
1.  Александрийский обряд. // К соединению: Русский католический журнал. – Вильно: Издание Дружества Иисусова, 1933, №1. – с.9-14., Продолжение. – Там же, 1933, №2. – с.7-14.
2.  Антиохийский обряд. // К соединению. – Вильно, 1933, №3. – с.7-10.; Продолжение. – Там же, 1933, №5. – с.12-17.; Продолжение: Там же, 1933, №6. – с.6-9.; Продолжение: Там же, 1933, №7-8. – с.14-24.
3.  Апологетические заметки: Исповедь. // Вера и Жизнь. – СПб., 1911, № 10.
4.  Барская неделя молитв и публичных чтений о христианском Востоке (13-20 сент. 1936г.) // Наш Приход. - Вена, 1936, №2.
5.  Бенедиктинцы и обитель Солем. // Благовест = Bonne Nouvelle/. – Париж, № 6, 1932.-с.46.
6.  Бывший премьер-министр Китая – теперь бенедиктинец и священник. - //Католический вестник. – Харбин, 1935, № 7-8. – с.164.
7.  Восточные церкви и грядущее их соединение с Центром Вселенства. // К соединению. – Вильно, 1932, №12. – с.5-11. Продолжение: Там же,1933, № 1-3, 5-8, 9?
8.  Вселенская Церковь в современной Румынии. // К соединению. – Вильно, 1933, №12. – с.8-11.
9.  Две утраты на поприще воссоединения Церквей. // К соединению. – Вильно, 1932, №4-5. – с.13-16.
10. За три года – до 100 картин. // Католический вестник.  - 1935, №3.
11. Заслуги католических миссионеров  в области землевладения и сопредельных с ним наук. // Вера и Жизнь. – СПб., 1912, № 3-7.
12. Кардинал Д. Мерсье. Некролог. // Вера и Родина. — Париж, 1926, № 28.
13. Каталог католической литературы на русском языке. Харбин, 1935.
14. Лето Господне благоприятное. //К соединению. – Вильно, 1933, №2. – с.1-2.; Продолжение: Там же, 1933, №6. – с.4-5.; Продолжение: Там же, 1933, №7-8. – с.1-12.
15. О Людовике Бэль, О.И. Некролог // Вера и Родина. – Париж, 1925, № 16.
16. Мать бедных чернокожих (из моего дневника). -//К соединению. – Вильно, 1932, №9. – с.12-17.
17. Монастырь трех источников в Риме. // К соединению. – Вильно, 1934, №2. – с.5-9.
18. На вакациях в Греческой Коллегии. -//К соединению. – Вильно, 1933, №11. – с.5-10.
19. На путях ко Вселенству. -//К соединению. – Вильно, 1933, №10. – с.5-9.

20.         Наталья Григорьевна Нарышкина из дочерей милосердия св. Викентия де Поль. // Благовест. – Париж, 1932, № 8-9.

21.         Новый кардинал – Секретарь Священной Конгрегации восточной церкви Е.Э. Евгений Тиссеран. – // Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1936,август.– с.1-2.

22.         О. Димитрий Голицын. // Вера и Жизнь. – Спб., 1910, № 5-7.

23.         О. И. Гагарин, О.И. Биография // Благовест. – 1931, №3.– с.31-42.; Продолжение: Там же, №4. - с.11 –25.

24.         Очерк Миссий Вселенской Церкви // Вера и Церковь. Царьград, 1923, № 6,7.

25.         Паломничество католических журналистов. - // Благовест. - Париж, 1933, №10. - с.85-91.

26.         Памяти друга.– //Заметки русской духовной Академии в Риме, 1937, август-октябрь. – с.2.

27.         Памяти нашего кардинала (Синчеро). – //Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1936, май. – с.1-2.

28.         Поездки - лекции Сипягина. - // Благовест. – Париж, 1930, №4. - с. 49.

29.         Преподобный Антоний Великий. // К соединению. – Вильно, 1934, № 1.

30.         Преподобный Отец наш Арсений Великий. // К соединению. – Вильно, 1933, № 5.

31.         Признание и исповедь. (Из Ф. Конне: Благодатные муки). // Вера и Жизнь. – СПб., 1911, № 11.

32.         Прокурор Св. Синода В.К. Саблер и «Католическое дело». - // Благовест. – Париж, № 7, 1932.-с.26-36.

33.         Рим и Афон. – //Католический временник. Кн. 1. – Париж, 1927. – с. 21-56.

34.         Россия и Вселенская Церковь. 1961. N 5-6 (53). - С. 30-31.

35.         Священная конгрегация Восточной Церкви. - // Католический вестник.  - 1936, №11. – с.246.

36.         У скалы Петровой. // Вера и Церковь (Foi et Eglise). – Царьград, 1922, №2.

37.         Шаритки. // К соединению. – Вильно, 1934, №4. – с.12-14.; Продолжение: Там же, 1934, №5-6. – с.11-15.

38.         Эфесский Собор. - // Китеж. - Варшава, 1931, № 2. - с.51.

 

Перу прот. А. Сипягина возможно также принадлежат следующие статьи за подписью С.А. (А.С.):

39.         - Святой Великомученик Феодор Тирон. // К соединению. — Вильно, 1933, № 2.

40.         - Преподобный Иоанн, списатель Лествицы. // К соединению. — Вильно, 1933, № 3.

41.         - Преподобная Мария Египтяныня. // К соединению. — Вильно, 1933, № 4.

42.         - Греко-Католическая Богословская Академия во Львове. // К соединению. — Вильно, 1933, № 5.

43.         - «Лето Благости». Церемония открытия Святых дверей Юбилейного года. // К соединению. — Вильно, 1933, № 6, 7.

44.         - Преподобная мать наша Макрина. // К соединению. — Вильно, 1933, № 7, 8.

45.         - Священномученик Григорий, Просветитель Армении Великой. // К соединению. — Вильно, 1933, № 9.

46.         - Достойное признание заслуг (Биографическая заметка об о. И. Урбане). // К соединению. — Вильно, 1933, № 10.

47.         - Св. Прокл, Архиепископ Цареградский. // К соединению. — Вильно, 1933, № 11.

48.         — Итало-албанцы Византийского обряда. // К соединению. — Вильно, 1934, № 1.

49.         - «Любящие Бога, призванные по Его изволению». // К соединению. — Вильно, 1934, № 7-8.


[1] См.: Протоиерей Александр Сипягин. - //К Соединению. - Вильно, 1934, №11-12. - с.9-12.

[2] Сипягин Дмитрий Сергеевич (1853–1902гг.), дворянин, служил на различных должностях, с 1881г. предводитель дворянства Волоколамского уезда, в 1886-1888гг. Харьковский вице-губернатор, в 1891-1893гг. Московский губернатор, егермейстер, товарищ министра государственных имуществ, с 1898г. управляющий Министерством внутренних дел, в 1900г. министр. Убит террористом студентом С. Балмашевым 2.04.1902 г., по поручению боевой организации партии эсеров.

[3] Герб рода Сипягиных находится в 5 и 10 части "Общего гербовника дворянских родов Российской империи". – См.: http://www.vgd.ru/S/snkvsky.htm

[4] http://www.xxc.ru/walls/w57.htm

[5] http://www.media-objektiv.com/spezproekts/family/index.php?page=9

[6] См.: Петров С.М. Комментарии: Пушкин А.С. Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года. – Полное собрание сочинений в 10 т. – с. 412.

[7] Первая Государственная Дума с 27.4.- 8.7.1906г. (одна сессия), количество депутатов – 478, председатель – кадет С.А. Муромцев.

[8] Врангель Петр Николаевич (1878-1928гг.), барон, генерал-лейтенант, один из сподвижников А.И. Деникина, с весны 1920г. Главнокомандующий русской добровольческой армией, после поражения у Перекопа, 15.11.1920г., был вынужден покинуть Крым и эвакуироваться в Константинополь.

[9] Сипягин А., священник. У скалы Петровой. - //Вера и церковь (Foi et Eglise). – №2. – Царьград: Типография «Братья Зеллич», 1922. – с.3.

[10] Там же. – с.4.

[11] См.: Китеж.– Варшава,1928, № 11-12.

[12] Врангель Ольга Михайловна, баронесса, жена генерал-лейтенанта П.Н. Врангель, фрейлина императрицы Марии Феодоровны, с 1920г. в Константинополе.

[13] См.: Ковалевский П.Е. Зарубежная Россия и культурно-просветельская работа русского зарубежья за полвека (1920 – 1970). – Paris, Librairie des cinq continents, 18, rue de Lille (7-e.). – с. 43.

[14] Павани Петр. Что нам пишут. – Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1936, май.– с.7.

[15] Верховский Глеб (1888 – 1940гг.), родился в Санкт-Петербурге в дворянской семье, в 1915 г. рукоположен в сан священника, католическим епископом восточного обряда Михаилом Мировым в Болгарии, тайно служил в России, с 1921 г. в эмиграции, жил в Галиции, в Турции, в Риме, назначен настоятелем русско-католического прихода в Праге, с 1925 г. в США, скончался в Чикаго.

[16] Документ из папки «Русские католики» отца Виктора Рихтера (1899-1976), фонд Славянской библиотеки, Лион. В конце надпись от руки: «Заметка наверное отца Глеба Веховского/ сент. 1921 он покинул Россию, был в Галиции в монастыре васильянок в Словине, с июля 1922 по февраль 1923 в Константинополе, в феврале 1923 г. уехал в Рим». Публикация и комментарии Голованова С.В. – с. 2.

[17] См.: Кардинал Мерсье. – //Логос. – Bruxelles, №21-24, 1976. – с. 197.

[18] Un College jesuite pour les Russes Saint-Georges: De Constantinople a Meudon 1921-1992. — Meudon: Bibliotheque slave de Paris, 1993, p. 154.

[19] См.: Поездки- лекции Сипягина. - Благовест. – 1930, №4. - с. 49.

[20] Хроника. Одна из ярких точек соприкосновения между Востоком и Западом. - //Наш Приход, 1938, №3. - с.26.

[21] Эдуард фон Ропп, род. 1851г., барон, окончил Санкт-Петербургский университет и Ковенскую духовную семинарию, далее учился в Исбруке, священник с 1886г., с 1902г. епископ Тираспольский, в 1903г. избран депутатом Государственной Думы, в 1907г. выслан из столицы, освобожден в 1917г., назначен Могилевским митрополитом. В 1919г. арестован большевиками, освобожден при участии апостольского нунция в Варшаве Ахиллы Ратти (будущего папы Пия XI).

[22] Рихтер В., священник. Русско-католическое движение в Польше. - Благовест /Bonne Nouvelle/. –Париж, Ч.1, январь-март 1930.-с.150.

[23] Благовест. – 1930, №1.

[24] Петр Бучис, русский католический епископ (1872 – 1951гг.), с 1930г. епископ Олимпокийский, с 1933г. жил в Литве. Автор учебника по апологетике. Знал много языков, эрудит, издавал в Америке газету «Друг» и в Литве журнал «Свобода». С 1934г. ректор Ковенского университета.

[25] Сипягин А., священник. Бенедиктинцы и обитель Солем. - Благовест /Bonne Nouvelle/. –Париж, № 6, 1932.-с.60.

[26] Браиловский Леонид, (1871-г. род. в Харькове в дворянской семье, окончил Императорскую Академию Художеств в Санкт-Петербурге, стажировался за границей, в Константинополе, Мистре (Греция), Венеции, Равенне, Риме, а также в Испании и во Франции, профессор Московского училища живописи и зодчества, преподавал в Строгановском училище, с 1916г. академика Академии Художеств, в 1920г. эмигрировал, жил в Константинополе, Белграде, с 1925г. в Риме.

[27] Сипягин А, прот. За три года – до 100 картин. - //Католический вестник.  - 1935, №3.

[28] См.: Николаев К.Н. Восточный обряд. – Париж: YMKA-PRESS, 1950. – с. 165.

[29] Сипягин А., священник. Паломничество католических журналистов. - //Благовест. - Париж, 1933, №10. - с.85.

[30] См.: Николаев К. Ук. Соч. – с. 209.

[31] Николай Чарнецкий (1884-1959гг.), священник с 1909г., вступил в орден редемптористов в 1919г., епископ с 1931г., визитатор для католиков византийского обряда в Восточных областях Польши, арестован коммунистами в 1945г., осужден в Сибирь, освобожден после смерти Сталина в 1956г., умер во Львове, беатифицирован папой, во время визита в Украину.

[32] Слосканс Болеслав (1893-1981гг.), с 1917г. священник, с 1926г. епископ, в 1927г. арестован, заключение отбывал на Соловках, затем в Красноярске. В 1933г. епископа Слосканса обменяли на пойманного и приговоренного в Латвии к 8 годам коммунистического агента Стаховского. Назначен апостольским администратором в Могилеве, с 1952г. апостольский визитатор для русских и белорусских католиков в Западной Европе, с 1979г. проживал в монастыре сестер из Эммауса, основал семинарию для священников из Латвии. Умер в Бельгии. В 2000г. начат официальный процесс беатификации епископа Слосканса.

[33] Католический вестник.  - 1935, №6.

[34] Цит. По: Николаев К. – с. 236-237.

[35] Католический вестник.  - 1935, №7-8.

[36] Сипягин А., протоиерей. Барская неделя молитв и публичных чтений о христианском Востоке /13-20 сент. 1936г. - //Наш Приход. - Вена, 1936, №2.

[37] Цит. По: Николаев К. Ук. Соч. – с. 234.

[38] Хроника. Одна из ярких точек соприкосновения между Востоком и Западом. - //Наш Приход, 1938, №3. - с.26.

[39] Соборность или ренегатство? — Константинополь, 1922, с. 8.

[40] См.: Сипягин А., свящ. Эфесский Собор. - // Китеж. - Варшава, №2,1931. - с.51.; Сипягин А., свящ. Александрийский обряд. -//К соединению. Русский католический журнал. – Вильно: Издание Дружества Иисусова, 1933, №1. – с.9-14., Продолжение. – Там же, 1933, №2. – с.7-14.; Сипягин А., прот. Рим и Афон. – //Католический временник. Кн. 1. – Париж, 1927. – с. 21-56.

[41] См., например: Сипягин А. Священная конгрегация Восточной Церкви. - // Католический вестник.  - 1936, №11. – с.246.; Сипягин А., свящ. Восточные церкви и грядущее их соединение с Центром Вселенства. -//К соединению. Русский католический журнал. – Вильно: Издание Дружества Иисусова, 1932, №12. – с.5-11.

[42] См.: Сипягин А., свящ. Памяти нашего кардинала (Сингеро). – //Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1936,май. – с.1-2.

[43] Сипягин А., прот. Новый кардинал – Секретарь Священной Конгрегации восточной церкви Е.Э. Евгений Тиссеран. – //Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1936,август.– с.1-2.

[44] Иайя Пападопулос, епископ Грацианопольский, грек, родился в г. Пиргос в 1853г., трудился в греко-католической миссии в Константинополе, затем в Риме на административном посту в Конгрегации по делам Восточных Церквей, принимал участие в русских делах, рукополагал многих из русских католических священников. – См.: Сипягин А., свящ. Две утраты на поприще воссоединения Церквей. -//К соединению. Русский католический журнал. – Вильно: Издание Дружества Иисусова, 1932, №4-5. – с.13-16.

[45] См.: Сипягин А., свящ. Две утраты на поприще воссоединения Церквей. -//К соединению. Русский католический журнал. – Вильно: Издание Дружества Иисусова, 1932, №4-5. – с.13-16.

[46] Лу-Рсентг-Тсианг (1927-1949гг.) бывший премьер министр Китая, принял монашеский постриг с именем Пьер Селестин в бенедиктинском аббатстве святого Андрея в Бельгии – См.: Свет и жизнь. Брюссель, 1990. – с. 302..

[47] См.: Католический вестник, 1935, №7-8. – с. 164-165.

[48] См.: Сипягин А. Биография кн. Гагарина. - //Благовест. – 1930, №3.– с.31-42.; Продолжение - №4. - с.11 –25.

[49] Сипягин А., священник. Наталья Григорьевна Нарышкина из дочерей милосердия св. Викентия де Поль. - Благовест /Bonne Nouvelle/. –Париж, № 8, 1932.-с.15-33.

[50] Сипягин А., свящ. Мать бедных чернокожих (из моего дневника). -//К соединению. Русский католический журнал. – Вильно: Издание Дружества Иисусова, 1932, №9. – с.12-17.

[51] Сипягин А., священник. Памяти друга.– //Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1937,август-октябрь. – с.2.

[52] Саблер В.К. (1847-1929гг.), последовательно трудился в Синоде с 1881г., в должности юриста, затем начальника канцелярии и товарища обер-прокурора, на посту обер-прокурора  с 1911 по 1915гг. Его назначение было подготовлено теми кругами, которые группировались вокруг Г. Распутина, этот факт послужил и причиной увольнения Саблера.

[53] См.: Сипягин А., священник. Прокурор Св. Синода В.К. Саблер и «Католическое дело». - Благовест /Bonne Nouvelle/. –Париж, № 7, 1932.-с.26-36.

[54] См.: Сипягин А. Каталог католической литературы на русском языке. - //Русская католическая периодическая печать XX века: Каталог. – Брюссель: Жизнь с Богом, 1992.

[55] См.: Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1936,август.– с.4.

[56] Резач И., иером. О Кодификации восточного права. - // Россия и Вселенская Церквоь. – Лувен, Брюссель, 1957, № 5. - с. 11.

[57] Хроника. «Св. манна» великого святителя и чудотворца Мирликийского Николая. – Наш Приход. – Вена, 1937, №2. – с.26.

[58] Феодор Ромжа титулярный епископ Аппии, администратор греко-католической епархии Мукачева, с 1944г. епископ Ужгородский, убит сотрудниками советских спецсслужб в 1947г., беатифицирован в лике священномучеников.

[59] Сипягин А., священник. Памяти друга.– //Заметки русской духовной Академии в Риме. – машинопись, 1937,август-октябрь. – с.8.
 

Живое слово

Я дам вам уста и премудрость

СРЕДА, 26 НОЯБРЯ 2014
Откр 15, 1-4; Пс 98; Лк 21, 12-19

И увидел я, Иоанн, иное знамение на небе, великое и чудное: семь Ангелов, имеющих семь последних язв, которыми оканчивалась ярость Божия. И видел я как бы стеклянное море, смешанное с огнём; и победившие зверя и образ его, и начертание его и число имени его, стоят на этом стеклянном море, держа гусли Божии, и поют песнь Моисея, раба Божия, и песнь Агнца, говоря: велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! праведны и истинны пути Твои, Царь Святых! Кто не убоится Тебя, Господи, и не прославит имени Твоего? ибо Ты един свят. Все народы придут и поклонятся пред Тобою, ибо открылись суды Твои. Откр 15, 1-4

В то время: Иисус сказал ученикам Своим: Возложат на вас руки и будут гнать вас, предавая в синагоги и в темницы, и поведут пред царей и правителей за имя Моё. Будет же это вам для свидетельства. Итак положите себе на сердце не обдумывать заранее, что отвечать. Ибо Я дам вам уста и премудрость, которой не возмогут противоречить ни противостоять все, противящиеся вам. Преданы также будете и родителями, и братьями, и родственниками, и друзьями; и некоторых из вас умертвят. И будете ненавидимы всеми за имя Моё. Но и волос с головы вашей не пропадёт. Терпением вашим спасайте души ваши. Лк 21, 12-19

Наши дни проходят, как картины пейзажей за окном того, кто едет в автобусе спиной вперед. Мы никогда не знаем, что будет дальше, можем только анализировать, что было и отчасти видеть, что есть на данный момент, который быстро ускользает. Точнее, сами мы иногда тоже можем выбирать, куда повернуть, но при этом все равно не знаем, что впереди.
Иисус говорит нам, что нас будут унижать и предавать, что и самые близкие, возможно, отвернутся от нас. Это все будут неожиданно, как и всякое страдание или сильная боль. И тогда, действительно, нет смысла продумывать заранее, что отвечать, потому что человек не может учесть все факторы и продумать верный ответ в обстановке изменения и неизвестности. И тогда единственный путь -- это Бог, Дух Святой, которого Бог посылает.  Страдания могут быть настолько неожиданными, что хочется восстановить справедливость, отгородиться от них, спросить: "зачем?".
Я думаю, смысл большинства страданий нам неясен в земной жизни. Но Бог обещает, что будет момент, когда "пазлы сложатся". Тогда мы увидим, что все было не напрасно, сможем быть благодарными за все, и воскликнем от всего сердца: "велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! праведны и истинны пути Твои, Царь Святых!"
Община Verbum Dei




Баннер